Я вернулся с фронта и снова иду на фронт, мои дни не имеют смысла, помимо боя. Наше общее небо — мирное, голубое, палисадник и черемуха у ворот, дом наш старый деревянный, в котором всё — мой покой, моя привычная отрешенность… Пусть встречают нас не матери и не жены, пусть приказ любить не будет произнесен, пусть смертельная усталость стоит в дверях, поджидает, улыбается зло и жадно, — я привык и мне давно никого не жалко, кроме тех, которым правды не говорят.
Правда в том, что завтра снова начнется бой. Правда в том, что нас убили, а мы не знали. Я писал тебе о том, что случилось с нами, только мы не совпадали никак с тобой.
А сегодня, наконец, принесли письмо — долго шло, поистрепалось, слегка намокло. «Град у нас прошел, разбил на веранде стекла».
Я хотел быть этим градом, но я не смог.
Да будет путь твой светел, взгляд лучист, от берегов Амура до Ла Манша, мы думали,…
Нагорная - не проповедь, но песнь, и горы - здесь, и я на склоне -…
Карету мне, карету и коня, и больше благодатного огня, и смелости, и радости искристой. Я…
Снегурочка, пожалуйста, молчи, не выдавай пароли и ключи - ни деду, ни морозу, ни прохожим,…
Ноябрь подбирается к дверям, как постучится утром? Дольник, ямб, анапест, растекающийся в голос? На голое…
С перехлестом здесь волны, Господи, нынче ветрено. Я сижу на краю империи, как завещано. Воздается…